Церковный тупик: Джеймс Уайт решает проблему, у которой не было решения

В опрос церковной организации был одним из наиболее трудных вопросов в первые десятилетия адвентизма. Растянувшись почти на 20 лет, дискуссия по этому вопросу не только затронула аспекты церковного порядка, о которых не было сказано в Писании, но и предоставила ключевой герменевтический принцип для разрешения других тем, не ясных из текста Библии. В данном процессе Джеймс Уайт и многие другие пережили герменевтическую метаморфозу, или необходимое преобразование, которое позволило адвентизму седьмого дня стать всемирной силой. Без этих изменений адвентизм, вероятно, до сих пор был бы незначительной религиозной группой, распространённой в основном на северо-востоке и среднем западе Соединённых Штатов.

Какова была проблема и какой урок мы можем извлечь из этого сегодня?

Тупик

В 1844 году Джордж Сторрс сформулировал основное положение, породившее борьбу по вопросу организации в адвентизме, когда объявил: «ни одна церковь не может быть организована человеком, она становится Вавилоном в тот момент, когда организована»1. Это заявление было принято тем поколением адвентистов, которые, последовав Миллеру в 1843-44 гг., преследовались своими деноминациями.

Конечно, некоторые из организаторов будущей церкви адвентистов седьмого дня не особенно нуждались в помощи на антиорганизационном фронте. Для Джеймса Уайта и Джозефа Бейтса данное положение было естественным, поскольку они вышли из «Христианской Связи», где не было эффективной церковной организации кроме поместной церкви2. Даже Эллен Уайт, которая вышла из чётко структурированной Методистской Епископальной церкви, усматривала в своей деноминации черты Вавилона, когда служителей лишали духовного сана за поддержку миллеризма. Она видела, как стремились заткнуть рот тем членам, которые не хотели молчать по данному вопросу, и отлучить от церкви тех, кто не подчинялся принятому иерархическому порядку — включая её собственную семью, которая предстала перед судом церкви и была лишена членства в ней в 1843 году3.

Поэтому не случайно первые соблюдающие субботу адвентисты с подозрением относились к преследующей силе Вавилона. Они ощущали силу церковной организации, как нечто негативное, даже не христианское.

Но, когда соблюдающие субботу начали создавать свои церкви в начале 1850-х годов, они быстро осознали, что символический Вавилон имел в Библии неоднозначный смысл. Символический Вавилон мог представлять собой не только преследующий орган, но и беспорядок, путаницу, смешение.

Джеймс и Эллен Уайт начали выделять это последнее определение к концу 1853 года, когда столкнулись с проблемами неорганизованного движения, которое плохо понимало, куда двигаться, и не имело организации за исключением поместных церквей. «Прискорбно, — сокрушался Джеймс на страницах „Ревью энд Геральд“ в декабре 1853 года, — что многие из наших братьев-адвентистов, которые вовремя вырвались из сетей разных церквей (Вавилона)… с тех пор находятся в ещё худшем Вавилоне, чем раньше. Они слишком игнорируют Евангельский порядок…»

«Многие, в своём порыве выйти из Вавилона, предались спешке, неорганизованности и вскоре оказались в совершенном Вавилоне беспорядка …Полагать, что в Церкви Христовой не должно быть ограничений и дисциплины, — это дикий фанатизм»4.

Жена Джеймса согласилась с этим. Основывая свои чувства на видении, полученном во время их с Джеймсом восточной поездки осенью 1852 года, Эллен написала: «Господь показал мне, что многие братья относятся к евангельскому порядку с боязнью и пренебрежением. Нужно избегать всякого формализма, но при этом не следует пренебрегать порядком. На небе царит стройный порядок. Порядок царил и в Церкви, когда Христос жил на земле, а после Его вознесения за этим строго следили апостолы. И сейчас, в эти последние дни, когда Бог приводит Своих детей в единство веры, порядок нужен как никогда прежде»5.

Даже Бейтс выступал за необходимость церковного порядка. В духе взглядов «Христианской Связи», Бейтс заявлял, что до второго пришествия в Церкви должен быть восстановлен библейский порядок. Он убеждал, что в средние века «нарушители закона» «отменили» такие существенные элементы христианства, как субботу и библейский церковный порядок. Бог использовал соблюдающих субботу адвентистов для того, чтобы восстановить седьмой день — субботу, и, по его мнению, было «абсолютно ясно, что Бог использует соблюдающих закон в качестве инструмента для восстановления „выдающейся Церкви без пятна и порока“».

«Со дней апостолов никогда не существовало такого единства веры и церковного порядка»6.

К 1853 году проблема заключалась не в том, чтобы увидеть нужду в церковной организации, а в том, чтобы библейски обосновать такой шаг. И эта нужда приводит нас к ранней адвентистской герменевтике.

Герменевтические изменения и путь вперёд

Хотя Бейтс не сомневался в необходимости восстановления апостольского порядка в Церкви, он выступал за то, чтобы церковная организация была строго основана на Новом Завете. Джеймс Уайт на этом раннем этапе имел схожее мнение. Поэтому он написал в 1854 году, что «под евангельским или церковным порядком мы подразумеваем такие порядок и дисциплину в Церкви, о которых говорил Иисус Христос и записали авторы Нового Завета»7. Несколько месяцев спустя он говорил о «совершенной системе порядка, представленной в Новом Завете по Божьему вдохновению… В Писании представлена совершенная система, которая, если её использовать, оградит Церковь от самозванцев» и предоставит служителям адекватную платформу для осуществления работы Церкви8.

Дж. Б. Фрисби, наиболее активно пишущий в «Ревью» на тему церковного порядка в середине 1850-х годов, был согласен с Бейтсом и Уайтом, считавшими, что каждый аспект церковного порядка должен быть ясно отражён в Библии. Таким образом, он выступал против любого названия Церкви, кроме того, которое дано Богом в Библии. Как он писал: «Божья Церковь… — единственное название, которое Бог посчитал подходящим для Своей Церкви». Затем он отсылал своих читателей к таким текстам, как 2 Кор. 1:1 («церкви Божией, находящейся в Коринфе»), подчёркивая: «Совершенно ясно, что Бог никогда не планировал, чтобы Его церковь называлась каким-то другим именем, отличным от того, которое Он ей дал». Все другие названия, такие как лютеранская, римская католическая и методистская были придуманы людьми и «больше напоминают о Вавилоне, беспорядке, смешении, чем о Божьей Церкви». Следуя той же логике, Фрисби полагал вместе с другими адвентистами, что не нужно составлять списки членов церкви, так как «имена Божьих детей записаны в небесных книгах»9.

Со своим буквальным библейским подходом к церковному порядку Фрисби и другие вскоре начали обсуждать рукоположение на служение дьяконов, местных пресвитеров и пасторов. К середине 1850-х годов они рукополагали все три группы10.

Постепенно они укрепляли евангельский порядок на уровне поместной церкви. Фактически отдельная церковь была единственным уровнем организации, которой многие соблюдающие субботу уделяли большое внимание. Так, Бейтс мог написать во вступлении к пространной статье о церковном порядке следующее определение: «Церковь означает особое собрание верующих в Христа, объединённых вместе согласно евангельскому порядку»11.

Но во второй половине 1850-х годов дебаты по поводу церковного порядка среди соблюдающих субботу сместились в сторону вопроса о том, что означало для церкви быть «объединённой вместе». По меньшей мере пять пунктов заставили руководителей, таких как Джеймс Уайт, рассматривать церковную организацию более глобально. Первый касался законного владения собственностью — особенно издательствами и церковными зданиями. Другие проблемы касались вопросов вознаграждения проповедников, назначения их на места служения, перемещения членов среди церквей и вопроса о том, насколько независимыми должны быть церкви по отношению друг к другу. Трудности в отношении оплаты и назначения проповедников были особенно большими, так как у соблюдающих субботу не было постоянных пасторов. Проблемы, с которыми столкнулось молодое движение, логически вели к тому, чтобы выйти за рамки одной церкви.

К 1859 году к этим сложностям добавились другие, в том числе необходимость расширить миссионерское служение на новые поля. Эта и другие проблемы побудили Джеймса Уайта всё больше настаивать на необходимости более сложной и подходящей формы церковной организации.

«Нам не хватает системы!» — восклицал он в «Ревью» 21 июля 1859 года. «Многие из наших братьев разрознены. Они соблюдают субботу, с некоторым интересом читают „Ревью“; но кроме этого они мало или вообще ничего не делают в отношении выработки согласованных действий между собой». Для того чтобы разрешить эту ситуацию, он призвал регулярно собираться в каждом штате (ежегодно в некоторых штатах и четыре-пять раз в год в других), чтобы вырабатывать направление в работе последователей субботы в данном регионе12.

«Мы знаем, — писал он, — что с этими предложениями не все согласятся. Брат „Чрезмерная Осторожность“ будет бояться и предостерегать других братьев быть осторожными и не идти на слишком большой риск; в то время как брат „Путаница“ будет кричать: „О, это очень похоже на Вавилон! Следование за падшей церковью!“ Брат „Делай поменьше“ скажет: „Это дело Господа и нам лучше предать всё в Его руки, Он обо всём позаботится“. „Аминь, — согласятся братья ‘Любовь к этому миру’, ‘Пассивность’, ‘Эгоизм’ и ‘Скупость’, — если Бог призывает людей проповедовать, пусть они проповедуют, а Он позаботится о них и тех, кто верит их вести“; и это в то время, как Корей, Дафан и Авирон готовы выступить против тех, кто ощущает на себе тяжесть работы (напр., Джеймс Уайт) и кто бдит над душами, будучи в ответе за них, и возвышает голос: „Вы слишком много на себя берёте“»13.

Уайт в достаточно ярких выражениях дал понять, что ему надоело слышать крик «Вавилон» каждый раз, когда речь заходит об организации. «Брат „Путаница“, — писал он, — делает вопиющую ошибку, когда называет систему, которая согласуется с Библией и здравым смыслом, Вавилоном. Так как Вавилон означает путаницу, это слово отпечатано на лбу у нашего ошибающегося брата. И мы посмеем сказать, что под небом нет других людей, которые бы больше заслуживали называться Вавилоном, чем исповедующие адвентистскую веру, но отвергающие библейский порядок. Не пришло ли время нам как народу, с воодушевлением охватить всё, что хорошо и правильно в церквях? Разве не будет слепой неосмотрительностью отклонять систему, о которой везде говорится в Библии, просто потому, что она соблюдается в падших церквях?»14.

Будучи одним из тех, кто нёс на себе «груз общего дела», Джеймс Уайт чувствовал побуждение выступить за создание лучшей организации среди соблюдающих субботу. Критикуя тех, кто думал, что «всё, что требовалось для того, чтобы управлять поездом с вагонами, это хорошо пользоваться тормозами»15, он твёрдо верил в организацию как путь для развития адвентистского движения. Он старался решить эту задачу в период между 1860 и 1863 годами.

Между тем стратегическое место Джеймса в движении соблюдающих субботу предоставило ему перспективу, которая не только разделила его с логикой многих из его собратьев, но также изменила его собственное мышление. Три вопроса, которые Уайт поднял в 1859 году, заслуживают особого внимания.

Три герменевтических принципа

Во-первых, он вышел за рамки библейского буквализма, которого придерживался в начале, когда полагал, что Библия должна содержать чёткое пояснение каждого аспекта церковной организации. В 1859 году он писал, что «мы не должны бояться той системы, которая не опровергается Библией и одобряется здравым смыслом»16. Таким образом, он пришёл к новой герменевтике. Он перешёл от принципа толкования Библии, который заключался в том, что Писание позволяло только то, что оно конкретно одобряло, к герменевтике, которая одобряла всё, что не противоречило Библии и здравому смыслу. Этот переход был существенным для творческих шагов в церковной организации, которые он пропагандировал в 1860-х.

Однако эта переработанная герменевтика поместила Уайта в оппозицию Фрисби, Р. Ф. Котреллу и другим, кто продолжал поддерживать буквальный подход, требующий, чтобы в Библии содержалось чёткое объяснение вопроса, прежде чем Церковь сможет его принять. В ответ Уайт заметил, что нигде в Библии не сказано, что у христиан должна быть еженедельная газета, издательство, что они должны строить места для поклонения или издавать книги. Он продолжал выступать за то, что «живой Божьей церкви» нужно было двигаться вперёд с молитвой и здравым смыслом17.

Второй вопрос Уайта касается изменения определения «Вавилона». Первые адвентисты подходили к этой концепции в связи с угнетением и применяли её к существующим деноминациям. Как мы видели выше, Уайт по-новому истолковал её в смысле непонимания и применил её к своим собратьям, соблюдающим субботу. К 1859 году в его задачу входило провести адвентистское движение между двумя одинаковыми ловушками — Вавилон как угнетатель и Вавилон как смешение и путаница.

Третий вопрос Уайта относился к миссии. Соблюдающие субботу должны иметь организацию, если хотят выполнить свой долг и провозгласить трёхангельскую весть.

Таким образом, между 1856 и 1859 годами Уайт перешёл от буквалистской перспективы к более прагматичному видению. У нас может возникнуть вопрос, почему он сделал такой шаг, в то время как другие соблюдающие субботу служители остались приверженцами своего библейского (или точнее не библейского) буквализма? Вероятно, разница заключалась в том, что он чувствовал основную ответственность за движение соблюдающих субботу и, таким образом, должен был позаботиться о том, чтобы оно процветало в своей миссии в реальном мире.

Правовой вопрос

Второй раунд в герменевтической борьбе состоялся, когда в феврале 1860 года Джеймс Уайт поднял вопрос об оформлении церковной собственности так, чтобы ею можно было легально владеть и страховать её. Он отказался давать расписки тем, кто хотел одолжить свои деньги издательству. Итак, церковь должна была владеть собственностью «должным образом»18.

Предложение Уайта вызвало сильную реакцию со стороны Коттрелла — редактора «Ревью» и лидера выступающих против церковной организации. Признавая то, что Церковь нельзя зарегистрировать, пока у неё не будет названия, Коттрелл написал, что полагает, что «было бы неправильно „давать нам имя“, так как это лежит в основании Вавилона». Он предлагал, чтобы адвентисты доверяли Господу, который в конце времени воздаст им за любые несправедливые потери. «Если какой-то человек окажется Иудой, мы по-прежнему можем снести потери и доверять Господу»19.

В следующем номере «Ревью» вышел яркий ответ Уайта, который написал, что «нимало не удивлён» замечаниями Коттрелла. Он подчеркнул, что только в издательство были вложены тысячи долларов «без единого легального владельца». «Дьявол не умер, — заявил он, — и при таких обстоятельствах знает, как закрыть издательство».

Далее Уайт заявил, что считает, что «опасно оставлять Господу делать то, что Он доверил нам, и таким образом делать мало или ничего».

«Абсолютно правильно оставить солнце, луну и звёзды Господу; а также землю с её революциями, отливами и приливами… Но, если Бог в Своём бесконечном слове призывает нас быть верными управителями Его имущества, нам лучше решать эти вопросы легально — единственный способ, которым мы можем распоряжаться собственностью в этом мире»20.

26 апреля Джеймс Уайт более пространно ответил Коттреллу, утверждая, что пока «мы являемся управителями имущества нашего Господа здесь в земле врага, наш долг соблюдать законы этой земли, необходимые для верного исполнения наших обязанностей как управителей, если человеческие законы не противоречат божественному закону». Уайт вновь многозначительно привёл герменевтические доводы, которые в 1859 году использовал против библейских буквалистов. Признавая, что не может найти в Писании текст, где бы ясно говорилось о легальном распоряжении собственностью, он указал, что Церковь делала много такого, по поводу чего в Библии не было ни единого текста. Затем он перешёл к указанию Иисуса, чтобы «свет ваш светил перед людьми», подчёркивая, что Тот «не давал особых указаний о том, как это нужно делать». На тот момент он написал, что «безопасно быть управляемыми следующим ПРАВИЛОМ: „Должны использоваться все средства, которые по здравому суждению будут продвигать дело истины и не запрещены простыми словами Писания“»21. Этим заявлением Уайт поместил себя на платформу прагматического, разумного подхода ко всем вопросам, которые не имеют ясного определения в Библии. Эллен Уайт поддержала своего мужа в его борьбе с Коттреллом22.

Герменевтическая борьба, возобновлённая в октябре 1860 года по поводу проблемы с собственностью, достигла апогея на конференции, созванной Джеймсом Уайтом в Батл-Крике для того, чтобы обсудить эту проблему наряду со смежными вопросами о легальной регистрации и формальном названии, требующемся для регистрации. В период между 29 сентября и 2 октября 1860 года делегаты по меньшей мере пяти штатов подробно обсудили ситуацию. Все были согласны, что всё, что они делают, должно соответствовать Библии, но не достигли согласия по поводу герменевтического вопроса, должно ли всё быть конкретно прописано в Библии. Джеймс Уайт как всегда утверждал, что «в Библии не прописана каждая обязанность христианина»23. Нужно было признать этот существенный пункт перед тем, как достичь какого-либо прогресса в вопросе легальной организации. Постепенно, по мере появления различных проблем и альтернатив, большинство кандидатов приняли герменевтическое правило Уайта.

Октябрьская конференция 1860 года выполнила свои основные задачи. Первая заключалась в принятии устава для легальной регистрации издательской ассоциации. Вторая — в согласии, что «отдельные церкви должны позаботиться о том, чтобы распоряжаться церковной собственностью или церковными зданиями легально». Джеймс Уайт, до сих пор продолжавший борьбу с приверженцами точного следования библейским текстам, дважды призывал возражающих зачитать хотя бы «один текст из Писания, доказывающий, что это не правильно». Не сумев найти такой отрывок или противостоять его логике, возражающие уступили, и движение продолжилось24.

Заключение

Несмотря на то, что рассмотренные вопросы касались церковной организации, на кон было поставлено что-то более важное: герменевтика.

В начале 1850-х годов все соблюдающие субботу имели буквальное, втиснутое в рамки точного соответствия библейским текстам мышление. Без точного текста по определённой теме они не могли двигаться вперёд и не двигались.

Пересмотрев свою герменевтику, Джеймс Уайт нашёл выход из этой ловушки. Он осознал, что «мы не должны бояться той системы, которая не противостоит Библии и согласуется со здравым смыслом»25. Благодаря этому прорыву в герменевтике, он обеспечил средства, с помощью которых вместе с Эллен Уайт смог направить молодое движение на миссионерскую деятельность во всём мире.

Джордж Р. Найт
EdD, почётный профессор истории Церкви в Университете Андрюса, Берриен Спрингс, Мичиган, Соединённые Штаты

(Статья из журнала «Альфа и Омега, № 43, 1 • 2015»)


Примечания (содержимое сносок можно просматривать либо по клику на номер сноски либо во всплывающих сообщениях, для этого просто наведите курсор на номер сноски в тексте статьи):

1 George Storrs, «Come Out of Her My People», Midnight Cry, Feb. 15, 1844, 238.

2 See George R. Knight, Organizing to Beat the Devil: The Development of Adventist Church Structure (Hagerstown, MD: Review and Herald Pub. Assn., 2001), 15-18.

3 Arthur L. White, Ellen G. White: The Early Years, 1827-1862 (Washington, DC: Review and Herald Pub. Assn., 1985), 43, 44.

4 James White, «Gospel Order», Review and Herald, Dec. 6, 1853, 173.

5 Ellen G. White, Early Writings (Washington, DC: Review and Herald Pub. Assn., 1945), 97.

6 Joseph Bates, «Church Order», Review and Herald, Aug. 29, 1854, 22, 23.

7 James White, «Gospel Order», Review and Herald, Mar. 28, 1854, 76.

8 James White, «Church Order», Review and Herald, Jan. 23, 1855, 164.

9 J. B. Frisbie, «Church Order», Review and Herald, Dec. 26, 1854, 147.

10 See George R. Knight, «Early Seventh-day Adventists and Ordination, 1844-1863», in Nancy Vyhmeister, Women in Ministry: Biblical and Historical Perspectives (Berrien Springs, MI: Andrews University Press, 1998), 101-14.

11 Bates, «Church Order», 22.

12 James White, «Yearly Meetings», Review and Herald, July 21, 1859, 68.

13 Там же.

14 Там же.

15 Там же.

16 Там же.

17 Там же.

18 James White, «Borrowed Money», Review and Herald, Feb. 23, 1860, 108.

19 R. F. Cottrell, «Making Us a Name», Review and Herald, Mar. 22, 1860, 140, 141.

20 James White, «Making Us a Name», Review and Herald, Mar. 29, 1860, 152.

21 James White, «Making Us a Name», Review and Herald, Apr. 26, 1860, 180-82.

22 Ellen G. White, Testimonies for the Church, vol. 1 (Mountain View, CA: Pacific Press Pub. Assn., 1948), 211.

23 James White, «Business Proceedings of B. C. Conference», Review and Herald, Oct. 16, 1860, 169.

24 Ibid., 170, 171.

25 James White, «Yearly Meetings», 68.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *